Viber и WhatsApp:

+7-905-349-25-43

ICQ:  948 04 54

CТРАСТЬ ГОРДОСТИ. СУЖДЕНИЯ СВЯТЫХ ОТЦОВ И СОВРЕМЕННЫХ ПАСТЫРЕЙ

Чтобы наиболее полно представить себе, что такое страсть гордости, необходимо не только увидеть характеристики этого слова в Священном Писании и узнать об особенностях его перевода на русский язык, о чем вы прочитали в двух предыдущих частях настоящей статьи, но и разобраться, что говорят об этой страсти святые отцы, подвижники благочестия и современные пастыри.

Так (это отмечает в своем исследовании С. М. Зарин) в творениях святых отцов упоминаются греческие термины: ύπερηφανία, ὕβρις, τύφος (все три термина использует в своих сочинениях святитель Василий Великий), αλαζονεία (употребляется святителями Иоанном Златоустом и Григорием Богословом), ύψηλοφροσυνη (также встречается у святителя Иоанна Златоуста). На основе определений, данных святыми подвижниками, можно видеть, как они осмысляли страсть гордости.

По учению святых отцов гордость — это первый грех. От гордости пал первый ангел — Денница. Господь вложил в его существо жизнь любви, которая должна была продолжаться и развиваться в жизни Ангелов. Но, возгордившись, предавшись самолюбию, Денница нарушил закон жизни, данный ему Богом, и пал.

Вот как об этом свидетельствует святой Иоанн Кассиан Римлянин: «Этот (Архангел) одеянный Божественною светлостию, сияя паче других высших сил по щедродательности Создателя, возмнил, что этим блеском премудрости и этою красотою добродетели, какими украшался по благодати Творца, обладает он естественными своими силами, а не по великодаровитости Божией. И вознесшись по сей причине, почел себя равным Богу… Это одно помышление сделалось для него первою причиною пагубного падения».

Падение денницы

Гордость уничтожила в первом ангеле восприимчивость к Божественной любви, которая была для него светом, а поэтому он нравственно омрачился, утратил истинное познание о Боге, о самом себе, обо всем мире. Ожесточившись, он забыл свой долг, уничтожил любовь к Богу, расторг союз жизни с Богом и стал жить только для себя, за что подвергся осуждению.

Гордость, которая была причиной отпадения от единства жизни с Богом ангела, послужила причиной отпадения и человека от союза любви с Богом; диавольская гордость перешла из жизни духовного мира в жизнь человеческую.

Большинство же древних церковных писателей говорят, что Адам пал из-за гордости. Преподобный Симеон Новый Богослов пишет: «Эосфор, а вслед за ним и Адам, один будучи ангелом, а другой — человеком, вышли из своего естества и, возгордившись перед своим Творцом, сами захотели стать богами».

Гордость была возбуждена в людях клеветою на Бога, который будто бы не желал, чтобы люди обоготворились и сделались равными Ему. Предавшись этой страсти, первые люди удалили себя от Бога, облеклись в мрак чувственности, нечистоты и тления.

Святые отцы писали, что гордость обладает определенными свойствами.

Во-первых, она неестественна и противоестественна человеческой природе.

Преподобный Антиох Монах в своих «Пандектах» пишет, что страсть гордости — «суть образ разнузданного беса», а потому вовсе не приличествует людям. Она зародилась в ангельском мире и принадлежит одному лишь неприязненному диаволу и его порочности, который через гордость (ὑπερηφανία) пал с неба. Преподобный Иоанн Лествичник, указывая и на происхождение гордости от диавола и на способность ее становиться источником всякого нечестия — других страстей, определяет: «Гордость (ὑπερηφανία), бесовское изобретение, презрение человеков, матерь осуждения, исчадие похвал, знак бесплодия души, отгнание помощи Божией, предтеча умоисступления, виновница падений, причина беснования, источник гнева, дверь лицемерия, твердыня бесов, грехов хранилище, причина немилосердия, неведение сострадания, жестокий истязатель, бесчеловечный судья, противница Богу, корень хулы».

Во-вторых, свойством гордости является ее отверженность Богом.

Об этом говорит целый ряд церковных авторов. Так преподобный Антоний Великий пишет: «Гордость ненавистна Богу, Ангелам и Святым Его». Преподобный Ефрем Сирин замечает: «И Богу, и людям ненавистна гордыня…» Святитель Иоанн Златоуст пишет, что: «Бог ничего так не отвращается, как гордости». Преподобный Исидор Пелусиот, рассуждая над словами из Священного Писания, что Бог гордым противится (Иак. 4:6) предупреждает о следующем: «…Приими во внимание, каково это — иметь Бога противоборцем». Об этом же пишет и преподобный Нил Синайский: «Избегай гордости… чтобы со временем не иметь тебе противником своим Бога».

В-третьих, следующей характерной чертой гордости является то, что она находит основание в возвышении человека пред Богом и над людьми.

Так преподобный Иоанн Кассиан Римлянин в своем определении обращает внимание на такое характерное качество гордости, как стремление ее к самовольному возвышению: «Гордость (superbia) есть беспорядочное пожелание собственного превосходства или возвышения».Преподобный Антоний Великий так же пишет: «Гордость (superbia) есть мирская любовь к шумной славе (высокое о себе мнение, самовосхваление и жажда хвалы от других), которая заседает в умах наших по причине суетных и преходящих внешних достоинств каких-нибудь». Такое определение преподобный дает, размышляя над сказанным святым апостолом Иоанном о «гордости житейской» (1 Ин. 2:16).

В-четвертых, гордость не насыщается ничем.

Полагая желание возвышения основным качеством гордости, святитель Феофан указывает именно на это ее свойство: «Гордость есть ненасытимое желание возвышения или усиленное искание предметов, через которые можно было бы стать выше всех других». Также он отмечает, что гордость это «чрезмерное высокое мнение о своем достоинстве, соединенное с унижением других».

В-пятых, гордость, по учению святых отцов, является фундаментальным основанием для развития прочих грехов и страстей.

Святитель Иоанн Златоуст указывает, что именно гордость становится источником проявления в человеке всех прочих грехов.

Так святитель Иоанн Златоуст указывает, что именно гордость становится источником проявления в человеке всех прочих грехов. Он отмечает: «Гордость (ὑπερηφανία) есть начало греха. С нее и начинается всякий грех и в ней находит свою опору». Гордость является всеобъемлющей страстью, ибо, по мысли отцов, лежит в основании любого греха и сосредоточивает в себе все страсти. Например, эту мысль раскрывает преподобный Паисий Святогорец: «Гордость (ὑπερηφανία) — это генеральный штаб всех страстей. Гордость (ὑπερηφανία) — постыдная и страшная вещь, ведь она Ангелов превратила в демонов! Она нас выгнала из рая на землю, а теперь с земли пытается отправить в ад».

Гордость в человеке осмысляется как «волевое состояние души, выражаемое в желании стать богом без Бога».

В-шестых, гордость отрицает, противится и отвергает Бога.

Преподобный Феодор Студит отмечает в гордости характерное для нее свойство — противление ее Богу, что проявилось уже в поступке первого гордеца — Денницы. За гордостью, указывает преподобный, следуют и другие грехи: «Гордость (ὑπερηφανία) есть отрицание Бога (έστίθεοΰάρνησις), изобретение демонов, уничтожение людей, мать осуждения, источник гнева, корень лицемерия». Поэтому, вслед за святителем Иоанном Златоустом, преподобный Феодор Студит указывает на то, что «гордыня ума — первое из зол и последнее».Отвержение Бога происходит тогда, когда человек замыкается на себе, признает себя центром самостоятельного бытия. Основанное на таком понимании природы этого греха определение страсти гордости дает митрополит Антоний Сурожский: «Гордость — это положение, когда мы ставим себя в центр всего, делаем себя критерием истины, добра и зла, подлинной ценности вещей». Схиархимандрит Иоанн (Маслов) обращает в своем определении внимание на самовозвышение увлеченного грехом гордости человека, обращенность его на самого себя, что впоследствии приводит его к противлению Богу: «Гордость есть желание и стремление человека выделить себя перед другими, услаждение только собою и даже противление Богу». Основываясь на опыте святых отцов и подвижников благочестия, епископ Александр (Милеант) дает определение, в котором основополагающим признаком является так же именно противление гордости Богу, отступление от Него. Так, гордость в человеке осмысляется как «волевое состояние души, выражаемое в желании стать богом без Бога».

Наконец, святые отцы выделяют еще одну свойственную гордости черту — она обольщает и ослепляет человека.

Преподобный Нил Синайский указывает на ложность представлений, которые полагаются гордецом в основу его мнения о самом себе, потому он отмечает, что «Гордость (ὑπερηφανία) — водяной пузырь, надутый суетным о себе мнением, который, если дунуть, обращается в ничто», а также что она — корень и источник всякого беззакония. Преподобный Иоанн Лествичник выделяет так же «умоисступление», то есть ослепление, которое поражает гордеца: «Гордость есть крайнее убожество души, которая мечтает о себе, что богата, и находясь во тьме, думает, что она во свете». Псково-Печерский старец схиигумен Савва (Остапенко), указывая в том числе на возвышение гордецом самого себя, также отмечает, что такой человек оказывается во власти ложного мнения о себе. В согласии со святыми отцами и подвижниками благочестия схиигумен Савва (Остапенко) также определяет сущность гордости, указывая некоторые ее черты: «Гордость — это крайняя самоуверенность с отвержением всего, что не мое; источник гнева, жестокости, раздражения и злобы; отказ от Божией помощи. Но именно гордый имеет особую нужду в Боге, потому что люди спасти его не могут, когда болезнь достигает последней стадии».

Таким образом, определяя в страсти гордости те или иные существенные ее свойства, святые отцы особое внимание обращают на то, что основным в ней является отрицание Бога и превозношение перед ближним.

Таким образом, определяя в страсти гордости те или иные существенные ее свойства, святые отцы особое внимание обращают на то, что основным в ней является отрицание Бога и превозношение перед ближним, уничижение, презрение его. По учению святых отцов, основанном на Священном Писании, гордость понимается как грех, способный погубить человеческую душу, она похожа на неизлечимую болезнь, исцелить которую в силах только Господь. Святые отцы выделяют те же особенности страсти гордости, что и отражены в Священном Писании.

Преподобный Исаак Сирин определяет своего рода первоначальный этап проникновения страсти гордости в человека: «Гордыню же разумею не ту, когда помысл ее появляется в уме или когда человек на время побеждается ею, но гордыню, постоянно пребывающую в человеке. За горделивым помыслом последует сокрушение, а когда человек возлюбил гордыню, не знает уже сокрушения».

То есть, можно говорить о некоем гордом помысле, который заставляет человека на некоторое время превознестись, но затем такой человек раскаивается в своем проступке, и гордыню как укоренившуюся уже страсть, которая по мысли святого отца уже не скорбит о случившемся. Эту же мысль повторяет преподобный Нил Сорский.

Гордость в понимании отцов — это неутвердившийся помысл в человеке, а гордыня — это пленительное состояние души.

Можно сказать, что святые отцы приводили различие между гордостью и гордыней. Гордость в понимании отцов — это неутвердившийся помысл в человеке, а гордыня — это пленительное состояние души.

В то же время взгляд некоторых современных пастырей отмечает, что во многом понятие «гордость», понимание которой обусловлено особенностями русского словоупотребления нового времени, уже зачастую не ассоциируется однозначно со словом «страсть».

Так, на непоследовательное расподобление единиц «гордость» и «гордыня» указывает игумен Нектарий (Морозов). Он отмечает, что зачастую «приходится встречаться с мнением, что гордость как здравое чувство собственного достоинства и греховная гордыня — отнюдь не одно и то же. Но сразу скажу: на мой взгляд, какого-то существенного различия нет. Гордость — это страсть, а гордыня — это, наверное, некое проявление этой страсти в конкретном человеке. Вот и вся разница».

Протоиерей Артемий Владимиров считает, что разница между понятиями лексическая, на словесном уровне. «Хотя можно… поразмышлять: гордыня.... это что-то разросшееся, махровое, ставшее абсолютной доминантой личности. Гордость — это червячок, червоточинка. Подпитай ее тщеславием и получится эта “-ня” — такая гордыня, которую ни объехать, ни пройти».

Священник Валерий Духанин определяет: «Гордость и гордыня в целом совпадают, это одно и то же понятие, просто в русском языке мы иногда словом “гордыня” пытаемся подчеркнуть запредельную гордость».

В этом контексте, очевидно, следует понимать мысль преподобного Паисия Святогорца: «Сатанинская степень гордости называется гордыня».

С подобной же позиции соотношение гордыни и гордости рассматривают и другие современные священнослужители. В основном это связано со степенью проявления греха, поврежденности им человека.

Так, протоиерей Сергий Аракелов считает, что гордость — это нечто похожее на тщеславие. Гордыня, конечно, намного опаснее гордости, так как не имеет внешних проявлений падения, при том что само падение достаточно глубоко, сродни бесовскому. Обычно при гордыне отходят более мелкие страсти — чревоугодия, пьянства, блуда, даже порой и сребролюбия. Внешне человек выглядит крайне благочестивым и смиренным.

Протоиерей Дмитрий Смирнов считает, что гордость — это обычное свойство всякого грешного человека. Гордость проявляется время от времени. Гордыня — это гордость, которая становится доминирующей характеристикой личности. С гордостью еще можно бороться, смиряясь. Гордыня заполнят собой всего человека. В гордыне нет авторитета — ни духовного, ни светского, у него все дураки. Чтобы победить гордыню, должно произойти чудо Божие, эту страсть может уврачевать Сам Бог.

Указанные пастыри, как можно видеть, различают гордость — закономерное свойство грешного человека и гордыню — высокую степень поражения человека грехом.

Указанные пастыри, как можно видеть, различают гордость — закономерное свойство грешного человека и гордыню — высокую степень поражения человека грехом, и осмысляют оба эти понятия в традиции православной аскетики: «Это гордость, которая ставит самого человека на некий пьедестал. Это — самоощущение, причем, по отношению к другим».

В то же время, некоторые современные пастыри, характеризуя прежде отмеченное на основе словарного материала значение слова «гордость», говорят о нем в том числе и как о естественном чувстве, обусловленном причастностью человека достижениям или заслугам того, кто для него дорог или значим. Можно гордиться своей страной, испытывать гордость за успехи детей, за удачно сделанную работу. Так, протоиерей Александр Мень пишет: «Если мать гордится успехами своего сына, это нормальная гордость. А гордыня — это самомнение и ложное самоутверждение». Точно так же считает священник Максим Каскун и диакон Андрей Кураев.

Однако очевидно, что всегда есть опасность, что это чувство радости за свои успехи или успехи ближнего перерастет в греховное чувство, «если человек начнет этим превозноситься», поскольку гордость (в святоотеческом понимании) — это всегда превозношение одного перед другим. Именно поэтому, как представляется, преподобный Моисей Оптинский указывает: «Разве есть благородная гордость? Ее нет, а есть одна только гордость бесовская».

Исконно употреблявшиеся как синонимичные понятия гордость и гордыня со временем развили дополнительные оттенки значения.

Следует заключить, что исконно употреблявшиеся как синонимичные понятия гордость и гордыня со временем развили дополнительные оттенки значения. Поэтому в ряде случаев необходимо оговаривать особенности словоупотребления, обозначая и возможные дополнительные смыслы, вкладываемые теми или иными авторами, при их описании исследуемой страсти.